Стягъ

В понедельник на Дворцовой площади стучали армейские сапоги, громыхали барабаны, эхом перекатывались офицерские команды. Это была первая репетиция парада. Вместе с другими к юбилейному Дню Победы готовятся и воспитанники Санкт-Петербургского Суворовского военного училища.

Настоящая муштра — такое впечатление может сложиться у человека, далекого от строя, если он окажется сегодня на переднем дворе Воронцовского дворца. На предпарадную тренировку в учебном расписании суворовцев отводится час-полтора каждый божий день. Шеренги будущих участников парада маршируют мимо заведующего учебной частью училища полковника Александра Лидуса. От его внимательного взора ничего не скроешь: «Вторая шеренга, пятый слева, что за поворот головы? Третий справа, где строевой шаг?». Каждое замечание усиливают офицеры, сопровождающие шеренги: «Если вы будете так равняться, то врежетесь в асфальт»...

А по мне — так совершенно идеальное построение: чеканный шаг, серьезные напряженные лица, даже немного страшно становится. Кажется, что это не шестнадцатилетние ребята тренируются, а идет настройка и отладка... боевых машин.
Кстати, начальник музея училища А. С. Максимов рассказал, что в былые времена к параду готовились не только люди, но и военная техника. Тогда проверяли каждый винтик, чтобы не заглохло что-нибудь во время марша. А по ночам выгоняли машины из гаражей и колесили по городу — учились управлять ими на узких улицах и перекрестках. «И смех и грех был, — вспоминает Александр Семенович, — бывало, памятники по неопытности задевали...»

На центральной дорожке плаца со знаменем училища и российским триколором под бой барабанов тренируются знаменосцы. Из окна музея на них смотрит немолодой уже человек в гражданском. За его спиной — стенд с фотографиями выпускников Санкт-Петербургского Суворовского, заслуживших звание Героя России. На единственной цветной фотографии — его сын Дмитрий Кожемякин. В 2000 году он не вернулся из Чечни вместе со своими сослуживцами — десантниками 6-й роты 104-го гвардейского полка, чей подвиг прогремел на всю Россию. Сергей Иванович — сам бывший суворовец, полковник. Некоторое время он глядит на марширующих, но долго не выдерживает. Смотрит на фотографию сына, а потом разражается долгой тирадой в никуда. Позор, говорит он, что штатский охранник без лицензии в месяц получает больше, чем действующий офицер со всеми его надбавками... Нынче многие родители отдают сюда своих чад, чтобы уберечь их прежде всего от улицы. Потому что не «престижно» это нынче — защищать свою страну...
Понятно, что в Сергее Ивановиче говорят боль и отчаяние.
...А до слуха по-прежнему долетают командные окрики о том, что головы повернуты плохо, шаг сбивчив, а шеренги неровны.
Но вскоре тренировка заканчивается. Подхожу к ребятам с вопросами: что для них значит участие в параде и что они будут делать по окончании училища? Парни с важным видом оправляют ремни и отвечают, в общем-то, одно и то же: парад — прежде всего приказ, и потом это здорово — пройтись по Дворцовой в форме с иголочки и тоже стать героем праздника. А кем они потом станут? Да разве мало возможностей...

Поиграть в войнушку -- это глубоко из детства. Между тем вроде бы серьезные и вполне состоявшиеся дяди (а бывает и тети) тратят немалые деньги и время на то, чтобы побегать с оружием в руках и пострелять друг в друга хотя бы понарошку. Несколько лет назад в России к уже привычной и многим наскучившей забаве пейнтбол добавился страйкбол.

Родом из Японии
Суровые условия капитуляции необходимо было соблюдать, но так, чтобы не потерять боеспособности сил самообороны. Посему хитроумные японцы придумали оружие, которое внешне являлось копией боевых образцов, но реально стреляло не на убой. Вместо порохового заряда использовался сжатый газ. Пистолеты, винтовки, автоматы, пулеметы приспосабливались под стрельбу не пулями, а шариками. Ими же начинялись в качестве поражающего элемента гранаты и мины, взрывателями в которых служили и по сей день служат селитровые бумажки, а взрывным элементом -- обычная петарда.
Тактика отрабатывалась в условиях реального боя, но с муляжами в руках солдат. Очень удобно: в сражении "потешных полков" никого не убьет, никаких законов оно не нарушит, зато позволит отработать в реальном режиме тот или иной прием атаки (обороны).
Надо сказать, японцы всегда были горазды на разного рода адаптацию. Так, в средние века сегуны запретили крестьянам владеть холодным оружием. Доходило до абсурда: обычные кухонные ножи продавались поштучно и только под контролем центрального правительства. Но голь, как известно, на выдумки хитра. Именно в те времена (XII-XV века) в Японии нашли замену железу -- были придуманы восточные единоборства. Палка, кулак, нога крестьянина в схватке зачастую оказывались эффективнее катаны обленившегося и тяжелого на подъем рыцаря.
В России эрзац-оружие использовалось юным Петром I, пушки и ружья бойцы заряжали подручными предметами, как то: тыквами, печными горшками, вишневыми косточками и т. п. Однако риски были велики. В одном из потешных сражений Преображенского и Семеновского полков (конкретно в подмосковном Кожухове в 1693 году) с участием 30 тыс. солдат было убито 27 и ранено 50 человек.
Страйкбол пришелся по душе солдатам американских войск, расквартированных в Японии. Во-первых, очень азартная игра, приближенная к реальности, во-вторых, небесполезно в смысле отработки элементов короткого боя. Со временем забава распространилась на все континенты и приобрела верных поклонников -- как военных, так и гражданских. Первые традиционно используют пневматическое оружие для оттачивания профессионального мастерства, вторые рассматривают оружейные игры как вид активного отдыха.

Боевые шарики
До 2000 года оружие типа airsoft ("мягкая пневматика") завозилось в Россию спонтанно -- малочисленными до поры любителями игры или мелкими оптовиками контрабандным методом, в основном из Китая. Но в начале века в связи с ростом числа заинтересовавшихся страйкболом всерьез поставки приняли организованный характер. Во-первых, были определены лидеры в производстве "шарикового" оружия. Это, в первую очередь, Япония, а также Тайвань и Гонконг. Остальные муляжи не выдерживают критики в части тактико-технических свойств. При этом и в семье лидеров есть свои нюансы. Японские образцы оружия airsoft очень надежны в плане механики, зато не очень хороши на вид. А ведь точное соблюдение размеров, внешнего вида, веса, доскональное копирование всех рычажков и кнопок (узел замены обоймы или магазина, предохранитель, скоба одиночного-автоматического огня и т. п.) в среде помешанных на страйкболе имеют чуть ли не определяющее значение при выборе оружия. Поэтому возможны варианты, когда корпус тайваньского (гонконгского) происхождения начиняется японской механикой и электрикой.
Первой и пока единственной фирмой, организовавшей официальные поставки этого типа параоружия в Россию (а также запчастей для него), является страйкбольный клуб "Братишки" (www.bratishki.ru). Именно он в 2002 году сертифицировал в нашей стране airsoft, то есть, говоря кондовым языком сертификата, "модель оружия, конструктивно сходную с оружием изделия, но не являющуюся оружием". Выстрел производится 6-миллиметровым пластмассовым шариком, с начальной скоростью 100 м/с. Зарядом служит воздух, сжимаемый посредством энергии встроенного аккумулятора, или сжатый газ из стационарного баллона, дозированно поступающий в систему перезаряжания. В отличие от пистолетов, копии автоматов и пулеметов, как правило, снабжены аккумулятором.
Игры по-взрослому
Сейчас в России порядка 25 тыс. увлеченных страйкболом граждан (еще четыре года назад таковых в стране было не больше тысячи). Клубы по интересу существуют практически в каждом крупном городе, а в некоторых уживается и несколько. По словам коммерческого директора клуба "Братишки" Сергея Кузнецова (естественно, страстного поклонника этой военизированной игры), путь в страйкбол бывает разным. Большинство участников игр (до 70%) -- бывшие, а чаще действующие офицеры силовых структур (МВД, МЧС, ФСБ), которым интересно поупражняться в отработке боевых сценариев. Например, штурм объекта в виде отдельно стоящего здания -- одна из самых распространенных боевых задач. Здесь тактическое превосходство наступающих основано в том числе на особенностях домов постройки 60-70-х, где в торцевой части количество окон, то есть потенциальных огневых точек, много меньше, чем по фасаду. Все как на войне: группа прикрытия плюс снайперы (есть и снайперское оружие, снабженное оптикой специально под airsoft) не дают обороняющимся вести прицельную стрельбу из проемов. Задача штурмовой группы -- достичь "мертвой зоны" с торца здания и, используя гранаты и смекалку, прорваться к главному входу. Игра, бывает, затягивается на весь световой день. В качестве полигонов представители силовых структур часто используют ведомственные базы.
Насчитываются десятки сценариев боя, каждый из которых основан на опыте боевых действий в "горячих" точках. Апофеозом являются двух-трехдневные маневры в полевых условиях. Такие, как правило, проводятся два раза в год -- в начале лета и осенью. Тут уж все совсем по-взрослому: рытье окопов, строительство блиндажей, вышек, минирование подходов к укреплениям и даже применение бэтээров и другой техники. Ну и, конечно, полевая кухня. Количество участников порой доходит до 1000 человек. В "войсках" соблюдается строгая иерархия. Есть простые бойцы, есть командир отделения, комвзвода, комроты и т. д. Причем реальные звания и должности не учитываются. Вчерашний или действующий полковник может оказаться в роли старшины или кашевара. А гражданские, которые составляют примерно треть контингента (как правило, это небедные люди, часто менеджеры среднего и даже высшего звена), могут командовать взводом.
На войне как на войне. Есть даже свои награды. Особо отличившиеся получают медали, "именное" оружие или призы. Все затраты -- от привлечения строительной техники до поощрения героев -- за счет фонда организатора, который наполняют взносы участников (примерно 300 руб. с носа). Как поведал Сергей Кузнецов, бюджет клуба формируется во многом за счет организации корпоративных игр (за каждого участника фирмы платят порядка 3000 руб.). Количество "солдат удачи" в таких доходит до 500 человек. В военно-спортивных празднествах часто задействуются загородные дома отдыха, плюс питание, конкурсы, пикники и обильные возлияния "за победу". Что еще нужно для укрепления командного духа клерков?
Впрочем, идейным вождям страйкбола не откажешь и в альтруизме. По договорам с начальными учебными заведениями для школьников (в том числе интернатовцев) организуются военно-патриотические слеты, напоминающие приснопамятные "зарницы", только со стреляющим оружием и всеми невзгодами воинской службы. В таких акциях пацаны мужают. Например, такой анекдот уже не актуален. Запись в школьном дневнике: "Родителям просьба срочно явиться в школу. Ваш сын испугался на уроке мужества".
По одежке стреляют
Испугаться в условиях потешного боя легко. Даже если знаешь, что пулька не покалечит. Даже если у тебя в руках небоевой автомат, а в "разгрузке" (специальный жилет с кармашками под снаряжение) пара-тройка гранат с начинкой от петард. Опасность завораживает, притягивает -- любителей страйкбола в России все больше.
Александр Рогожин, юрист-консультант одной из крупных компаний, говорит, что долго выбирал между экстремальными способами снять усталость. Поначалу заинтересовался пейнтболом. Но не устроили скоротечность игры, а также оружие в виде маркеров, которые и на оружие не похожи, и стреляют неприцельно. Из журнала "Airsoft Страйкбол", случайно попавшегося ему в руки, Александр узнал об игре, максимально приближенной к боевым действиям. Арендовал в клубе амуницию, оружие и поучаствовал для пробы в мероприятии (пилотный выезд с ангажированным на день вооружением, 600 шариками, униформой и защитой стоит 3000 руб.). Понравилось -- ну просто очень. Со временем приобрел два автомата (один для короткого боя, другой под полевые условия), пистолет, экипировку.
Однако базовыми затратами ($800-1000) дело не ограничивается -- фабричное оружие требует глубокого тюнинга. Во всех моделях изначально слабы аккумулятор, боевая пружина, другие механизмы, обеспечивающие начальную скорость снаряда не выше паспортных 100 м/с. После доработки скорость вылета шарика из ствола увеличивается до 120-150 м/с, что позволяет прицельно стрелять с расстояния до 70 м против "штатных" 25-30 м. Цена переделки вполне сопоставима со стоимостью базового экземпляра ($100-200 -- пистолет, $200-300 -- автомат, $300-600 -- снайперская винтовка с оптикой, $600-1000 -- пулемет).
Александр Рогожин доволен, как его приняли в команду: "Оценивали по результатам первого боя. Критериев оценки я не знаю, но, похоже, главными были коммуникабельность, психологическая устойчивость и еще что-что неопределенное, на уровне понравился -- не понравился. Вроде понравился". Прошло уже полгода, а Александр каждые выходные срывается на страйкбольные игры.
Есть и другие критерии -- возраст, профессия и даже экипировка. Например, команда "Х. О. Р. К. И." ("Хорьки", попросту) скомплектована из молодых людей 18-25 лет, которые пользуются не именами-фамилиями, а никами вроде Сова, Ильич, Шарон и т. д. Но не это главное. Все бойцы одеты в форму голландских ВС. На вопрос зачем, Сова (в миру просто Олег) ответил: "Униформа большинства команд представлена советскими, российскими, американскими, немецкими, австрийскими и другими прикидами, приобрести которые не составляет труда. А вот нидерландское обмундирование нам приходится покупать на заказ и ждать доставки месяцами. Полный комплект пехотной формы (летний и зимний варианты -- от фирменных ботинок до каски) стоит примерно $15 тыс. Зато такой, будьте уверены, больше ни у кого нет."
И тут я из последних сил...
Присутствовать на игре оказалось страшно холодно и просто страшно. В один из последних морозных дней у заброшенного четырехэтажного долгостроя советских времен под Хотьковом собрались четыре десятка автомобилей (все престижных марок, страйкбол -- удовольствие, как уже говорилось, не из дешевых) и более сотни бойцов. Разбившись на две противоборствующие команды, они вошли в огромное пустое здание, внутренности которого представляют собой запутанную сеть коридоров, помещений, тупиков и провалов в полах. На противоположных сторонах крыши несостоявшейся швейной фабрики укрепили два флага (синий и красный), и битва началась. Задача -- завладеть вражеским флагом. Бой длился три часа. Я выбрал место поукромнее (чтобы ненароком не подстрелили) неподалеку от синего флага, напялил обязательные защитные очки и стал наблюдать. В недрах здания между флагами азартно трещали очереди, взрывались гранаты, ухали подствольные гранатометы. Группа "синих" рассредоточилась за укрытиями, комментируя по рациям ход сражения. Молодой солдатик целый час нервно сплевывал, держа на прицеле лестничный проем на втором этаже. Однако беда пришла с тыла -- из сугроба внизу коварная рука врага метнула гранату. Я, как князь Андрей на Бородинском поле, несколько секунд тупо созерцал шипящую банку и только в последний момент отвернулся. Раздался вполне правдоподобный взрыв, и по спине затрещали шарики-"осколки". Те, что прошлись по куртке, дискомфорта не вызвали. А вот в ногу "ранило" довольно болезненно. Солдатик предсмертно вздохнул и с красной тряпочкой в поднятой руке пошел умирать в отведенное для "мертвяков" (на слэнге -- условно убитый противник) место. Впрочем, по правилам игры, все они чудесным образом оживают через 15 минут штрафного времени и возвращаются в строй. Убитым считается тот, в кого попал шарик, причем в любое место, хоть в палец. Факт попадания подтверждается самим убиенным -- тут все на честности.
Когда свист пуль у виска прекратился, я с опаской выглянул из укрытия... Крыша была пуста. Так и не уловил, когда "полковое знамя" сперли...