– Александр, первый вопрос. Вы уже второй раз едете в эту поездку в село Кистоши, видимо, с мыслью хотя бы чем-то помочь в возрождении Суворовского храма. Зачем Вам это надо?

– Меня привела другая причина – это именно фонд «ОМОФОР», который связан с установкой храмов для воинских частей.

– Прежде всего, для военно-морского флота?

– Да. А вторая причина, она, быть может, всеобъемлющая. То, что сейчас происходит некое движение возрождения. Недаром лет пятнадцать назад очень много в нашей стране появилось девочек с именем Настя. Я назвал свою дочь этим именем.

– У меня дочь Настя. Анастасия – воистину воскресшая.

– Думаю, это неспроста так получилось. В этом есть некоторый сакральный смысл. Это имя приходит в моду. Называли, по сути, не понимая его значение.

Прежде чем здесь оказаться, я участвовал в восстановлении храма в нашем районе, где я проживаю. В селе Сынково храм Иоанна Богослова. Это название произошло оттого, что там храм построили деревянный, в честь апостола Иоанна Богослова.  Когда Господь был на Кресте, Он сказал Матери Своей Марии, что это сын твой, указывая на Иоанна Богослова. Может, от этого пошло название Сынково. Как и все храмы, он был доведён до кирпичного скелета.

– Не все храмы были доведены до этого состояния.

– Не все, но в основном. Сейчас эти храмы восстанавливаются, благодаря некоторым одарённым от Бога людям, которые ведут за собой людей, при этом никого не заставляя и не принуждая. Они становятся в нашей жизни вожатыми и в духовном плане. Участвовать в таком мероприятии, в поездке в храм, который строил сам Суворов, я почел за честь. Суворов для русского имени – это большая величина.

– Имя России. Имя России – это сам Суворов.

– Поэтому я поехал повторно, надеюсь участвовать и дальше.

– Думаю, что есть ещё причины, чтобы поехать возрождать храм. Что повернуло Вас в вашей судьбе, ведь не изначально Вы были верующим?

– Более того. Я воспитывался в семье…

– Атеистического склада?

– Да. У меня дед, по маминой линии, был коммунистом. Отношение к священникам и религии вообще, было негативное. Но поступать велел так:– «сними с себя последнее и отдай другому». Дед умер, когда мне было 10 лет. Я запомнил о нём только хорошее. Его жена - моя бабушка, была олицетворением любви, милосердия и смирения. По малолетству я этих качеств не распозновал - а принимал как само-собой разумеющиеся обстоятельства жизни. Причем эти качества не были локальными, а распостранялись на всех.

Деда со стороны отца я не знал – он ушел из жизни в 1938 году. Мама отца была верующая. В той семье не смог находиться. Мне было пять лет, когда родители развелись.

– Как её звали?  Деда как звали, который коммунистом был?

– Евгений. По линии мамы – Евгений и Елена (дедушка и бабушка). По линии отца — Анна и Николай.  Думаю молитвы бабушки Анны отозвались в моей жизни, судьбе.

– Есть некий промысел выбора жизненного пути?

– Да, возможно её молитвами... В храм меня привело то, что приводит  основную массу людей в настоящее время. Когда нам хорошо, мы о Боге не думаем. Мы вспоминаем Бога, когда нам плохо. Мы сетуем, что вот так и сяк, а на самом деле, это как непослушного ребёнка родители ставят в угол, чтобы он исправился, пошел по правильному пути. Так и нам даются скорби, чтобы мы пошли по правильному пути.

– Не всегда. Иногда беды могут забить человека. Может он встать на смертельный путь. Не всегда беды и не всегда радости  полезны. Не случайно у Соломона: «Сердце мудрого в доме печали, сердце глупого в доме веселья». Как складывалась ваша жизнь? Где родились?

– Жизнь складывалась просто. Я родился в 1965 году в городе Климовске в Подмосковье, Подольский район. В 1982 году закончил школу, пошел в училище. Хотелось уйти от материнской опеки, рос без отца(когда родители развелись мне было 5 лет, а когда исполнилось 13 умер отец), получить самостоятельность, испытать трудности. Окончил училище, отучился 5 лет.

– Какое училище?

– Военно-морское имени Попова в Ленинграде. Для нас было большим везением отправиться служить на Северный флот. Он был перспективным, развивающимся. С 1987-го по 1994 год служил на Севере. Было две боевых службы – одна в Южной Атлантике с заходом в Анголу, другая в Средиземном море. С 1994-го по 1999 год служил в частях центрального подчинения. Вооруженные силы в те годы испытывали недостаток  финансирования. Престиж падал. И появилось желание уволиться. Принял такое решение, по тому мироощущению – оно было для меня правильным.

 – Вы уже были женаты?

–  Первый брак продлившись три года распался. Жена была из Питера. Мы даже получили квартиру, хотя я был  лейтенантом. Это удивительно, обычно очереди ждали годами. На корабле у нас было четыре лейтенанта. Трое были женаты. Как раз построили дом и сначала получили «старики», потом мы, лейтенанты. Однако это не спасло семью. Мы жили и служили в столице Северного флота – Североморске. А позже базирование части перевели в Видяево.

В 1999 году я был женат второй раз. У нас было 2 детей. Старший ребёнок от первого брака жены и родилась дочка. Была надежда,  желание заработать на гражданке.

– Как дальше судьба развивалась?

– Так как мы жили без Божьих законов, нами слово «смирение» воспринималось, как некий анахронизм, как некая отрицательная черта характера человека. Сейчас, по прошествии этих лет, получив шишек,  понимаешь, что в этой жизни надо перетерпеть, оставаясь преданным тому, что ты выбрал.

– Сейчас бы не уволились?

– Дело сделано.

– С тем мироощущением, с тем миропониманием сейчас бы не уволились?

– Продолжал бы.

– Уволились в каком звании?

– Капитан третьего ранга.

– Тоже старший офицер.

– Дело в том, что я получил это звание на штабной работе.

– Служба на флоте везде тяжелая.

– Странно, но когда я уже перевёлся в часть центрального подчинения, то в отпуск я ехал не на юг, как все,  а на Север, где служил, на встречу с ребятами. Меня туда тянуло. Остановила эти поездки только дороговизна проезда.

– На гражданке действовали уже другие ценности. Деньги командовали парадом.

– Здесь, в этой обстановке  я себя не нашел.

– Естественно. База у вас была заложена служебная. Присяга плохо с рыночными отношениями коррелируется, если вообще не совпадает.

– Кто-то пошёл в гору,  кто-то стал бизнесменом, ...

– Там, наверное, были другие «дрожжи»?

– Не берусь судить. Для меня рыночные отношения – не моя среда.

– В семье, наверное, тоже ни у кого не было бизнес специальностей?

– У меня мама работала директором магазина. Она не воспринимала те торговые «нормативы», которые «обновились». На пенсии работала оператором насосной станции. Она придерживалась советских ценностей. Советское время я ассоциирую с тем, что несмотря на то, что Бога запретили, Бог в народе оставался, Он жил в нем, вера никуда не исчезла. Народ  жил с Богом по инерции, он был так воспитан. Это воспитание оставалось в нём. Народ жил с этими качествами, которые под давлением безбожной пропаганды и с обновлением поколений уменьшались. Слава Богу, сейчас нам Господь даёт повод всё изменить. Это одна из причин, почему я нахожусь в этой поездке.

– Есть такое ощущение, что сейчас на месте? Удалось найти свою нишу в жизни?

– Мне ближе отдавать людям, быть в храме, работать там. Но житейская сторона тянет, не хочу отказываться от житейского. Я вырос без отца. Хотел сделать так, чтобы у меня была семья дружная – мать, отец, дети – все в одной кучке. Но получился развод, может, это меня подкосило.  Эти трудности привели меня в храм.

– В храме какая должность?

- С 2004 года посещаю храм и по благословлению настоятеля являюсь алтарником, с 2007 года стал завхозом в храме Иоанна Богослова. Мне это было радостно. В храме не работаю с лета 2012 года, но продолжаю выполнять обязанности пономаря.  Сейчас нахожусь на таком распутье. Нельзя жить не работая. Надо зарабатывать. Так как в храме не заработаешь, был вынужден уйти. Без храма не могу, хочу туда вернуться. Но надо искать работу с большим доходом, чем в храме. В храме заработать нельзя. В храме мы жертвуем.

– О фонде «ОМОФОР» каким образом узнал?

– При храме Иоанна Богослова был создан детский конный клуб, который мы назвали в честь святого князя Владимира. Батюшка  видел, что святой князь Владимир нам помогает. Первый настоятель этого храма был протоиерей Владимир Алексеевич Косинский. Тоже по его молитвам была оказана помощь. Такие явные события происходили. Кстати, сын его, тоже священник, Иоанн Косинский был расстрелян в 1938 году на Бутовском полигоне под Москвой, пополнив собой список тысяч новомучеников Российских, канонизированных сегодня русской Православной Церковью.

В 2012 году услышал, что была заложена подводная лодка имени святого князя Владимира. Появилась идея связаться, начать переписку...  Сейчас идёт односторонняя переписка. С той стороны пока никакого ответа нет. В центре духовного образования военнослужащих у отца Александра Салтыкова появилась икона «Покров на водах». Мне захотелось написать эту икону и в дар лодке передать. Таким образом, когда я искал эти пути и хотел узнать, как это можно осуществить, вышел на «ОМОФОР», который создаёт походные храмы для лодок, что привело к первой поездке.

– Удалось поговорить?

– Да, частично. Все эти поездки приводят к большой занятости Александра Владимировича. Он мне предлагает другой вариант – связываться по телефону, когда он свободен, а то мы встречаемся, когда он наиболее занят.

Икона уже заказана у отца Александра Салтыкова, эта идея через него прошла. Первая икона, была направлена  в Крым перед референдумом и находится на крейсере «Москва». Вторая икона находится в Алупке в храме. Наша икона немного похожа на икону «Торжество Пресвятой Богородицы» (Порт-Артурскую). Отец Александр Салтыков предложил семью Мерецковых, но у меня была  предварительная договоренность с иконописцем Еленой Пискаревой.

– Можно фотографию сделать?

– Хорошо. На тех иконах была изображена в старом русском стиле Матерь Божья с покровом, а  на волнах корабли, парусник.  Хочу, чтобы там был изображен силуэт подводной лодки.

– Ничего удивительного, на одной из икон были изображены танки. Фашисты изображены, как темная сила, а танки и наша армия её уничтожают. Вот такой стилизованный вариант иконы.

– Оружие само по себе не несёт никакого духа. Смотря, в каких руках оно находится. Русский народ всегда оборонялся. Это было основой жизни. Когда Бога нет, то получается, что люди поступают таким образом, что потом мучаются многие года.

– Что сейчас, по вашему мнению, происходит в мире, особенно то, что происходит на Украине?

– Это, наверное, последствия безбожного существования народа и подмены Истины продуктами человеческого мечтания. Это, видимо, война за духовность или война за бездуховность.  В принципе, ситуация похожа на 1917, когда русский народ решил жить без Бога, свергнув царя. Так нельзя. Это духовный и физический тупик. Человек должен дойти до предела, когда он поймет, что так дальше жить нельзя. Может быть, это одна из причин.

– Хорошо, спасибо Вам за беседу.

Беседовал Вадим Арефьев